Информационно-публицистический еженедельник
Выходит с января 1991 г.
№ 12 (884), 26 марта  2014 г.
Архив еженедельника «Истоки»

Рассказ
Просто чай с жасмином
21.12.2011
Артем КУРАМШИН

       

I

– А вот где хотите, там и ищите! – с вызовом кинул Алексей. – Я сразу вам говорил, что ничего не выйдет, что мутная это история!

Как бы отстраняясь от всего происходящего, он встал и, подойдя к окну, уставился на улицу.

И он был прав – ситуация не из приятных: деньги надо отдавать через шесть дней, а основную часть суммы они так и не смогли найти. За шесть дней нужно было достать семьдесят тысяч рублей. А откуда их взять троим бедным, неработающим студентам?

– Да не психуй ты так! – попытался успокоить его Денис. – Обязательно что-нибудь придумаем!

– Придумаем… – с сомнением проговорил тот. – Что вот тут придумаешь? Думать раньше надо было, когда ты с этими самарскими чуваками пиво пил!

– Да иди ты! – огрызнулся Денис.

Ребята из Самары появились на горизонте несколько месяцев назад. Денис познакомился с ними на дне рождения у однокурсницы. Парни были доброжелательные и общительные: много спрашивали про Уфу, рассказывали о своем городе.

Через пару недель после этого Денис вновь случайно встретил их – сидели за соседним столиком в кафе, где он праздновал успешную сдачу сессии с друзьями. Они разговорились как старые приятели, вместе выходили курить на улицу. На резонный вопрос Дениса, чем самарцы занимаются в Уфе, те с воодушевлением рассказали историю, вокруг которой все и закрутилось. По их словам, приехали они в город полгода назад для скупки старых, раритетных швейных машинок «Зингер». Но не всех подряд, а тех, у которых серийный номер начинается с определенных цифр. В литой конструкции этих редких машинок будто бы содержится некий дорогостоящий металл – кажется, платина. Об этом стало известно совсем недавно, и теперь за ними, машинками, была объявлена настоящая охота. «Стоимость каждой может доходить до сотни тысяч!» – проникновенно сказал один из самарцев. А так как в Самарской области все машинки уже были скуплены, ребята приехали в Башкирию, где, по непроверенной информации, еще пылились в глухих деревнях несколько десятков старых зингеров. «Вот ведь чудаки! – подумал тогда Денис. – Какой только ерундой люди не занимаются!» И все же нехотя обменялся номерами телефонов с новыми знакомыми. «На всякий случай, – сказал их главный, – если вдруг кто-нибудь предложит купить машинку, сразу звони нам! Если это будет та самая серия, получишь десять процентов от стоимости!»

– Хватит ругаться! – вступил в разговор третий участник, Артур, безмолвно сидевший до этого в углу дивана. – Давайте еще раз продумаем все варианты, откуда можно взять денег.

– Какие, на фиг, варианты! – взорвался Алексей. – Нет никаких вариантов! И денег тоже нет!

– Леха, я на твоем месте все-таки подумал бы насчет кредита. Ты разговаривал с братом?

– Разговаривал. Не подпишется он на это дело. Делать ему больше нечего, кредит брать для трех раздолбаев…

– Это понятно, – Артур разглядывал затылок своего приятеля, как будто мысленно пытался на него воздействовать. – Но среди этих трех раздолбаев есть его брат.

– «Твои проблемы, сам их и решай» – так он мне сказал. И вообще, хватит уже о нем! Может, лучше ты позвонишь своим родителям? – Алексей развернулся и в упор посмотрел на Артура. – Твой отец адекватный, он все поймет, поможет нам в этой ситуации.

– Не дадут они денег, – отрезал Артур. – Сколько можно об этом говорить? Почему чуть что, ты сразу вспоминаешь про моего отца?

– В прошлый раз он нас здорово выручил, если ты не помнишь. К тому же ты обещал нам золотые горы! Вот и покажи нам их, эти горы!

– Уф, Леха! Хватит ныть!

Может, ничего бы и не случилось, если бы Артур не начал подрабатывать барменом. Именно там, в баре «Красный шакал», он услышал разговор между двумя охранниками. Один – здоровый, упитанный ветеран кампании на Северном Кавказе – рассказывал другому о своем знакомом, который несколько месяцев рыскал по башкирской глухомани в поисках зингеров той самой «платиновой» серии, нашел несколько штук и даже приобрел. Но вот ведь незадача – московские покупатели оказались ненадежными партнерами, норовят обвести его вокруг пальца, и он уже не хочет иметь с ними дела. А тут еще одна напасть, срочно нужны деньги: появился отличный вариант расширить жилплощадь, какие-то алкоголики продают шикарную квартиру в центре города чуть ли не за полцены. В связи с этим предприимчивый молодой человек готов сплавить машинки за сущие копейки: тридцать тысяч за каждую.

На следующий день за кружкой пива Артур рассказал об этом друзьям. Денис сразу вспомнил о дельцах из Самары и предложил свести их с другом охранника. Обещанные проценты со сделки заставили его глаза сиять: «Это же по три “рубля” с машинки! – восторгался он тогда. – Сколько их там у него всего? Это же деньги из воздуха!» И тут Артура осенило: зачем просто сводить покупателя и продавца, если можно самим поучаствовать в этом прибыльном деле в качестве перекупщика? Нужно было только найти деньги, чтобы приобрести ценный товар через охранника. А потом продать его самарчанам в разы дороже. Денис, покопавшись в телефонной книге своего сотового, нашел номер самарчан и тут же позвонил им. Те с радостью подтвердили готовность скупать зингеры по восемьдесят тысяч за штуку и продиктовали диапазоны серийных номеров требуемого товара. «Итого, – сказал тогда Артур тоном заговорщика, – ожидаемый доход с этого дела составляет по пятьдесят “штук” с каждой железяки! Дело за малым – нужно только найти деньги!»

– Я тут еще раз прикинул все возможности, – произнес Денис, – и пришел к выводу, что помощи ждать неоткуда. Нужно своими силами искать это бабло…

Артур даже подпрыгнул на месте, потом сложился пополам в приступе истерического смеха.

– Спасибо, кэп! – воскликнул он, давясь от гогота.

– Вот вы ржете, – хмуро сказал Алексей, – а мне завтра с Тимуром встречаться. У нас лекция вместе будет, по философии. Он всяко спросит про деньги…

Тимур был однокурсником Алексея. А еще он был родственником какого-то местного воротилы – то ли бандита, то ли бизнесмена, то ли депутата (Алексей слабо разбирался, чем различаются эти понятия). Тимур постоянно участвовал в проектах всемогущего родственника, и у него всегда были деньги. Когда Алексей подошел к нему с просьбой одолжить весомую сумму, тот особо не стал уточнять детали, а просто принес ему сто тысяч рублей. Договорились, что через две недели Алексей вернет ему сто двадцать тысяч.

В тот же день друзья встретились со знакомым охранника из бара «Красный шакал». Поторговавшись и сверив серийные номера, они купили у него четыре черных тяжелых зингера по двадцать пять тысяч за каждый.

Может быть, уже тогда Денису стоило обратить внимание на маленькую деталь в общении с этим проворным парнем: говорил он те же слова, что и самарчане, фразы и словосочетания во многом повторяли то, что Денис уже когда-то слышал. Если бы Денис тогда внимательнее прислушался к его речи, то, возможно, понял бы, что продавец машинок явно знаком с самарцами.

Дозвониться до самарских покупателей в тот день не получилось – они не брали трубку. Объяснив это их крайней занятостью, друзья отвезли приобретения на съемную квартиру, где жили Артур с Денисом, и на радостях напились.

В университет наутро никто не пошел: слишком хорошо вчера посидели. Артур не смог заставить себя даже пойти на работу. Позвонил его шеф и торжественно объявил, что увольняет Артура. «Да и фиг с ним! – радостно заявил Артур после разговора. – Я теперь могу вообще не работать! Денис, звони нашим самарским друзьям!»

Нужно ли говорить, что дозвониться до самарцев не получилось ни в этот день, ни в последующие. Сначала они просто не брали трубки, а потом на звонок стал отвечать приятный женский голос: «Номер не существует или не зарегистрирован»…

– Можно попросить Тимура подождать еще несколько дней, – предложил Денис.

– Он не согласится, – сказал Артур из своего угла дивана, в котором сидел, обхватив руками колени. – Мне кажется, что Тимур уже сам нервничает. Морозить его больше нельзя.

– Вот именно. – Алексей плюхнулся на диван рядом с Артуром и мрачно продолжал: – Вчера, когда я видел его в универе, вид у него был такой… э-э-э… как говорится, решительный. Сказал, что на следующую встречу придет с битой. Что-то мне подсказывает, что он не шутит.

И это было правдой. Шутить Тимур не любил. Последний раз Алексей видел улыбку на его лице перед тем, как рассказал ему всю эту историю с зингерами и попросил подождать с деньгами еще неделю. Тимур по-дружески понял однокурсника и вошел в его положение. Когда через неделю денег опять не было, Тимур даже отказался от процентов и согласился на возврат только исходной суммы в сто тысяч. Но на просьбу Алексея помочь выйти на след самарцев через «свои каналы» он уже ответил решительным отказом: «Если человек не дружит с головой, то это его личные проблемы».

В «Красный шакал» Артуру все-таки пришлось сходить. Охранник лишь развел руками, сказав, что его приятель как в воду канул: «Если найдешь его, сразу мне цинкани, – я его урою! Козел, он мне еще семь “косарей” должен остался!» Тщательный поиск в Интернете тоже не радовал: за такие машинки давали максимум две-три тысячи. Делать было нечего: друзья сплавили три зингера за восемь тысяч. Потом они прошлись по знакомым, любимым девушкам, просто сочувствующим – и занимали, занимали, занимали. На данный момент в общем банке было двадцать девять тысяч. Оставалось набрать семьдесят тысяч.

Все это напоминало Денису сцену из фильма «Карты, деньги, два ствола», причем с главным героем Эдом он отождествлял Артура. И не без оснований: в экстренных ситуациях, когда требовался трезвый расчет, нестандартный творческий подход и решительность, их выручал именно Артур. Вот и сейчас казалось, он что-нибудь придумает и спасет ситуацию.

Пауза затягивалась. Артур как будто и не замечал, что оба друга пристально смотрят на него. Он медленно и методично перебирал все варианты в уме. Когда они закончились, он сказал:

– Хорошо, сегодня вечером я позвоню отцу и попрошу его дать денег. Вероятно, взаймы. Потом все устраиваемся на работу и начинаем отдавать ему долг. По моим прикидкам, за полгода реально отработать такую сумму.

– Конечно, реально, – согласился Денис, – отдадим, не вопрос. Но ты говорил, что он пошлет нас куда подальше и не даст…

– Пошлет, – согласился Артур, – обязательно пошлет.

– Не понимаю, какой тогда смысл звонить? – удивился Алексей.

Артур посмотрел куда-то в сторону и вверх и ответил:

– Я что-нибудь придумаю.

 

II

Рубль уверенно падал по отношению к доллару, и с этим приходилось мириться. С этим ничего не поделаешь, таков был общий вывод, озвученный телеведущим.

Вот только пафос, с которым это было сказано, Рафаэлю Ириковичу был непонятен.

Ну да ладно. Он уже давно перестал удивляться тому, что лилось с телеэкрана.

Он отпил кофе из чашки и покосился на часы. Подходило время спортивных новостей. И хотя маленький кухонный телевизор стоял в полуметре от него, он переключил канал с пульта.

Спортивный комментатор был не лучше предыдущего – легкомысленный желтый галстук, буйная, как будто бы непричесанная, шевелюра. «Разгильдяй разгильдяем, – подумал Рафаэль Ирикович, – и откуда они таких только берут?»

– Да что ж за..! – выругался он.

«Салават Юлаев» опять проиграл. И не кому-то из грандов, а заштатному «Автомобилисту». Куда все катится? Когда он жил и работал в Уфе, такого безобразия не было!

Раздался телефонный звонок. Рафаэль Ирикович схватил трубку и снял очки, разглядывая дисплей телефона.

– Тебе-то чего надо в такую рань? – произнес он, разглядев на нем имя одного из своих коллег. Потом нажал кнопку ответа и громко, решительно сказал в динамик: – Да! Приветствую! Нет, не разбудил. По какому? Нет, я против. Нет, так не пойдет! Я не хочу, чтобы они выиграли этот тендер! Нет, нет и еще раз нет! Нет, Вадим Робертович, не пойдет так! А я говорю, сделай что-нибудь. Давай, всего хорошего. В одиннадцать жду тебя на оперативке, там и поговорим! – Закончив разговор, Рафаэль Ирикович гневно отбросил трубку и пробурчал: – Раздолбаи! Ничего не могут без меня решить! Скоро в туалет сходить будут у меня разрешение спрашивать!

Он нацепил очки на нос и вернул свой взгляд к телевизору.

Утро было безвозвратно испорчено, а вместе с ним и настроение. В таком расположении духа от Рафаэля Ириковича ничего хорошего ждать не приходилось. Теперь он точно всех разнесет в пух и прах. Начнет он, скорее всего, с личного водителя (кстати, где он? неужели опаздывает?), затем придет очередь секретарши (опять, небось, чаи с утра гоняет и треплется по служебному телефону), ну а потом оперативка (а уж там-то раздавать сам бог велел, и тендер – подходящий повод).

В громадном холле, выполнявшем функции кухни, столовой и прихожей одновременно, появилась Анна Георгиевна, жена Рафаэля Ириковича. Она только что вышла из ванной, на ней был фиолетовый халат, вокруг головы намотано полотенце.

– Что за шум, а драки нет? – мило улыбаясь, спросила она. – На кого это ты тут с утра пораньше ругаешься?

– Я не ругаюсь, а говорю, – поучительно ответил супруг. – Этот Ахметов заколебал уже, честное слово. Уже по утрам звонить начал! Понабрали бездарей!

– Рафик, – ласково сказала Анна Георгиевна, – может, еще кофе?

Она знала подход к мужу: еще бы, столько лет вместе. И ей не нравилось, когда он такой сердитый, особенно с утра. К тому же у нее был к нему разговор, и будет лучше, если муж окажется в хорошем настроении. Единственное, что может сейчас помочь, – это кофе. Несмотря на возраст и проблемы с давлением, Рафаэль Ирикович кофе любил.

– Пожалуй, успею выпить еще чашечку, – ответил Рафаэль Ирикович, глядя на часы. Он закинул галстук на плечо, чтобы не испачкать, и принялся намазывать масло на хлеб. – Эту страну погубит коррупция! – продолжал он нравоучительным тоном. – Пока к нам на работу будут устраивать всяких блатных идиотов типа этого Вадима Робертовича, у нас в тресте будет бардак! Ну не может человек быть таким тупым и одновременно сидеть в кресле главного инженера! Так-то, Аня! С такими инженерами мы в лужу сядем. Человек должен добиться всего сам в этой жизни. Если он не бездарь, то пробьется. А если бездарь, то пусть идет подметать улицу. И начинать надо с самых низов. От станка, так сказать… – На минуту он задумался, разглядывая бутерброд, а потом прибавил: – Вот как я, например.

Рафаэль Ирикович сделал блестящую карьеру. Точнее – делал, потому что занимаемое им место начальника одного из строительных трестов было далеко не пределом его возможностей и талантов. Да и возраст еще позволял подниматься по карьерной лестнице. Так думали не только коллеги по работе, но и в министерстве, да и сам Рафаэль Ирикович не скрывал своих амбиций. В определенном смысле он был сам себе идеалом и примером для подражания. Не идолом или кумиром, а просто очень трудолюбивым и преданным своему делу человеком, исполненным честности и принципиальности.

Пожалуй, самым главным достижением он считал то, что достиг своего положения сам, что начинал с самых низов, «от станка», как он сам любил говорить. И двигался без блата, без могущественных родственников, без подхалимства и без подсиживания коллег.

Когда он в двадцать с небольшим лет окончил уфимский техникум, постперестроечная разруха отбила желание возвращаться в родной город. Рафаэлю Ириковичу казалось, что только в столице республики можно реализовать себя и обеспечить себе достойное будущее. Молодые выпускники тогда не особенно ценились, найти высокооплачиваемую работу по специальности было крайне тяжело, и ему пришлось довольствоваться местом токаря. Три года они с Анной Георгиевной и маленьким сыном скитались по съемным квартирам, прежде чем смогли получить комнату в общежитии – мерзком, грязном, полном тараканов и вечно пьяных соседей.

Но потихоньку жизнь налаживалась. Рафаэль Ирикович благодаря своим способностям продвигался вверх по карьерной лестнице, доходы семьи росли. Через несколько лет они купили свою первую квартиру – маленькую однокомнатную хрущевку на окраине города, потом расширились до двушки в более престижном районе. Параллельно Рафаэль Ирикович пересел из старого дряхлого жигуленка в почти новую иномарку.

Со временем преуспевающий специалист вырос в опытного управленца, добился доверия руководства и был назначен на должность директора строительного комбината. А когда в родном городе с позором был уволен проворовавшийся начальник местного промышленного гиганта, его место было предложено принципиальному и честному Рафаэлю Ириковичу. Тот, ни минуты не сомневаясь, согласился вернуться на историческую родину.

– Ты не передумал насчет Артура? – спросила Анна Георгиевна, подливая кофе в чашку Рафаэля Ириковича.

– А чего тут передумывать-то? – удивился он. – Сам влип в эту историю, пусть сам и выпутывается. Он же у нас самостоятельный. Живет в столице, квартиру снимает. Пора бы уже и голову в порядок приводить.

– Рафик, ну не говори так. Мальчик попал в беду. Неужели тебе его не жалко?

– Ему уже двадцать лет! Перестань называть его мальчиком!

– Двадцать один, – поправила Анна Георгиевна.

– Тем более!

– Кроме всего прочего, он наш сын. Любимый сын. Все совершают ошибки. Вспомни себя в молодости!

– Я никогда не делал таких глупостей. Занять сто тысяч на такую ерунду! Это ж уму непостижимо! – Рафаэль Ирикович с укоризной посмотрел на жену. – И ты его еще защищаешь.

– Рафаэль, ты же сам его всегда приучал быть смелым и предприимчивым! Если ребенок ошибся, то это вина и родителей тоже. Недостатки воспитания…

– Смелым! – он поднял указательный палец кверху. – Смелым, а не глупым! Аня, его затея с этими машинками – верх тупости и недальновидности. Уроком ему будет!

– Ну, Раф, не будь таким упертым! Он же хотел как лучше. Денег заработать… Артурчик приедет завтра к нам. Он хочет провести выходные у нас. Поговори с ним. Ему нужна твоя поддержка. Ему нужна наша помощь.

– Пусть приезжает. Поговорим, поддержим, но денег не дам, – отрезал Рафаэль Ирикович.

Видимо, даже у Анны Георгиевны, много лет знавшей своего мужа и имевшей к нему подход, бывали неудачи. Она бессильно опустила руки.

Во дворе просигналила машина. Анна Георгиевна подошла к окну и выглянула наружу. Увидев там служебный автомобиль Рафаэля Ириковича, она сказала:

– Кажется, Саша приехал.

Грозный и раздосадованный начальник треста поднялся и двинулся к двери. Надевая на ходу пиджак, он говорил сам себе:

– Опоздал на три минуты! Ну, Сашка, ну, раздолбай! Останешься ты у меня без премии!

 

III

Они вышли из темного подземного перехода и продолжили свой путь по солнечной улице.

– Зря ты все-таки позвонил ему, – нарушил молчание Денис. – Такие дела не решаются по телефону.

– Не зря, – ответил Артур. – Нужно было его подготовить.

– Подготовить? Он же тебя послал куда подальше.

– Ага, – согласился Артур.

Отвечал он с неохотой и несколько рассеянно. По всему было видно, что его внимание занято чем-то другим, что мысленно он где-то далеко.

– То есть теперь, когда он послал тебя, ты уверен в том, что он даст нам денег? – недоумевал Денис.

– Скорее уверен в обратном.

– Ты говоришь загадками. Я тебя не понимаю.

– Ага, – только и сказал Артур, чем вызвал раздражение Дениса.

Тот терпеть не мог, когда его друг ведет себя так, как сейчас: односложно отвечает невпопад и не хочет ничего объяснять.

Проходя мимо супермаркета, Денис вспомнил:

– Надо зайти в магазин. Дома жрать нечего. Может, пельмени возьмем?

– Давай возьмем, – согласился Артур. – И кефир!

– Удивляюсь я тебе. Как ты ешь пельмени с кефиром? – спросил Денис, не ожидая, впрочем, получить ответ.

И тем более был удивлен, когда Артур сказал:

– Нет ничего вкуснее, чем пельмени с кефиром.

Но в супермаркете Артур не пошел к холодильникам с полуфабрикатами и «молочкой», а как вкопанный остановился перед длинными полками, на которых были выставлены коробки с чаем и кофе. Как зачарованный он разглядывал разноцветные упаковки, словно бы вчитываясь в каждую букву.

– Ну что еще там? – нетерпеливо спросил Денис. – У нас же есть дома чай. И кофе тоже еще остался.

Артур не удостоил его ответом. Опыт подсказывал Денису, что сейчас Артур обдумывает что-то крайне важное. А отрывать его от размышлений было бесполезно: ни за что не сдвинется с места.

Артур обладал странным талантом. Именно талантом – врожденную способность изменять окружающий мир иначе не назовешь.

Реальность представлялась ему в виде детских образов и понятий. Иногда это была россыпь деталей от строительного конструктора, где маленькие кирпичики – это события, люди и их действия. Артур же, как архитектор, возводил из них здание действительности. Эти кирпичики были полностью в его власти, он мог делать с ними все что только пожелает. Причем каждый из них мог быть как неким глобальным событием, так и ничтожной с виду деталью, какой-то мелочью, которая на первый взгляд не несет в себе ничего существенного, что не делает ее менее значимой по сравнению с другими.

Архитектор реальности – так он себя порой именовал. Звучало красиво.

Будучи ребенком, он как-то раз посмотрел по телевизору передачу, посвященную истории телефонной связи, и навсегда запомнил черно-белые кадры, на которых женщины-телефонистки перетыкали штекеры из одного гнезда в другое, соединяя абонентов.

Сложные жизненные задачи, когда необходимо было сделать выбор и просчитать возможные последствия решений, ассоциировались у Артура с подобными механизмами. На одной стороне коммутатора были создавшиеся ситуации, на другой – желаемые и нежелаемые исходы, а кабели между ними – это решения и поступки людей, попавших в эти ситуации. По его мнению, большинство людей путаются и втыкают штекеры почти наугад. Зачастую они просто не могут правильно оценить положение и поступают заведомо неверно. Себя же Артур относил к числу тех, кто в совершенстве владеет искусством манипулирования штекерами.

В его понимании основная часть окружающих делится на две группы: те, кто привык доверять своим чувствам, действующие по наитию, и те, кто опирается на железную логику и трезвый расчет. И лишь незначительное количество людей относится к тому типу, к которому принадлежал и Артур. Это способные совместить в себе первое со вторым: ощущения и разум, интуицию и здравый смысл. «Нужно жить в гармонии со своим внутренним Я, – думал он, – слушать сердце и разум одновременно. Только в этом случае можно выбрать нужный шнур и гнездо под него».

Артур искренне верил в то, что сможет отдать долг Тимуру, его разум искал способы добычи искомой суммы.

«Если очень захотеть, – часто повторял он цитату из детства, – можно в космос полететь». А найти деньги он очень хотел.

Денис вернулся к приятелю с покрытой инеем пачкой пельменей, пакетом кефира и булкой хлеба. Какое-то время он стоял рядом с Артуром, переминаясь с ноги на ногу, и начал было разглядывать коробки с чаем. Каких сортов и видов тут только не было: красный, черный, травяной, со вкусом клубники, корицы, с бергамотом и лимоном.

Наконец Артур сделал выбор. Он протянул руку и взял с полки упаковку зеленого чая с жасмином. Он слегка потряс ее, будто взвешивая, и его губы растянулись в довольной улыбке.

– Кажется, я знаю, что нужно делать, – сказал Артур, повернувшись к другу.

 

 

IV

К удивлению Рафаэля Ириковича, за столом о деньгах говорили мало и совсем не то, что он ждал. Он был готов к долгому и нудному муссированию этой темы, предполагал возможные истерики, слезные выпрашивания денег и клятвенные обещания не ввязываться впредь в сомнительные истории.

Вместо этого Артур рассказывал про будни университетской жизни: о занудных преподавателях, сданных курсовых, предстоящих коллоквиумах, низкой стипендии и отсутствии возможности адекватной подработки. «Парень явно подрос, – думал про себя Рафаэль Ирикович, невольно умиляясь суждениям сына, – уже совсем большой и здравомыслящий. Весь в меня».

Поговорили о столичных новостях. Артур поведал о новостройках города и недавно открывшемся театре. Рафаэль Ирикович не совсем к месту вспомнил о том, как они с Анной Георгиевной в молодости гуляли в парке неподалеку от университета, в котором учился Артур.

Анна Георгиевна подкладывала в тарелку Артура сочные голубцы. Соскучившийся по домашней пище студент довольно улыбался в ответ, чем доставлял вполне естественное удовольствие матери.

В целом все напоминало чинный семейный ужин с благопристойными беседами, сыновней учтивостью и родительской заботой. Вот только Рафаэль Ирикович продолжал ковыряться вилкой в своей тарелке, с минуты на минуту ожидая перехода разговора к вопросу о деньгах. Но отпрыск, казалось, и не думал обсуждать эту тему.

Поужинав, сын с матерью удалились в сад, где она показала ему вымахавшие за последний год яблони и начавшие плодоносить вишни. Когда они вернулись, Артур вопросительно и несколько виновато посмотрел на родителей. «Ага, вот оно, – подумал Рафаэль Ирикович, – сейчас начнет…» Но вместо этого Артур сказал, что хотел бы немного погулять с бывшими одноклассниками.

– Сто лет не виделись, – оправдывался он. – А у Вики позавчера был день рождения. Она приглашала.

Анна Георгиевна со словами: «Купишь ей какой-нибудь подарок, нехорошо заявляться на день рождения с пустыми руками», сунула несколько сторублевых купюр в карман Артура и какое-то время смотрела в окно, провожая сына взглядом.

– Правда он у нас умничка? – сказала она, когда он скрылся из виду.

– Лоботряс он, – буркнул Рафаэль Ирикович, взгромождаясь на табурет за барную стойку и щелкая пультом от телевизора. – Мог бы посидеть с родителями, а не шататься с друзьями.

– Рафик, ты слишком строг с ним, – как и любая мать, Анна Георгиевна отстаивала сына до последнего. – Молодежь, им нужно общаться.

– Все равно он раздолбай, – ответил ее муж и нацепил очки. – Налей, пожалуйста, мне кофе.

– Ага, сейчас, – она вернулась на кухню. – Кстати, может быть, попьем чай, который нам привез Артурчик?

– Чай? Ах, да, – Рафаэль Ирикович критично взглянул на упаковку, но нехотя согласился: – Ну, давай. Давненько не пил чаю.

Однако стоило кружке оказаться рядом с ним, как тут же внутри него что-то дрогнуло. Горьковатый аромат жасмина пробудил в нем далекие, забытые воспоминания. Ассоциации были приятными, но призрачными, неясными, а вкус вызывал тепло и умиротворение.

Он сделал два маленьких глотка, чуть обжегся…

И вспомнил.

Когда-то давно, когда Артуру было всего лет пять-семь, они жили в северной части Уфы. В квартале от их дома располагался кинотеатр, на первом этаже которого было кафе. По выходным они часто ходили в него есть пиццу. Иногда Анна Георгиевна, занятая делами по хозяйству, отпускала их вдвоем. В этом случае они обязательно приносили несколько кусочков домой. «Для любимой мамочки», – говорил Артур, бережно прижимая коробку с угощением к груди.

Было так здорово сидеть и слушать, как журчит фонтан. Его обычно включали между киносеансами, когда зал наполнялся шумными посетителями, второпях закупающими попкорн и колу. Артур всегда засматривался на круглые резные основания колонн и спрашивал об устройстве здания.

А какую пиццу там готовили! И сколько видов! Как правило, на то, чтобы выбрать, у Артура и Рафаэля Ириковича уходило минут пятнадцать. Летом, в пору самой жары, они также угощались мороженым – Артур любил клубничное, а Рафаэль Ирикович шоколадное.

И чай. Неизменно после трапезы они пили чай – сын отдавал предпочтение фруктовым вкусам, а отец, попробовав один раз, всегда просил зеленый чай с жасмином. Было что-то особенное и неповторимое в его терпком аромате.

В ожидании заказа они изучали афиши с анонсами фильмов и мультиков. Все было так неспешно, без суеты. «Солидно», – с важным видом говаривал маленький Артур. А еще он любил оставлять чаевые, за что официанты подмигивали ему по-свойски, а официантки мило улыбались…

Рафаэль Ирикович был настолько увлечен нахлынувшими воспоминаниями, что не заметил, как допил вторую кружку чая, заботливо налитую Анной Георгиевной. Так же незаметно для себя он достал из кошелька свою банковскую карту и сейчас вертел ее в руках.

– Сколько нужно Артуру, чтобы расплатиться с долгом? – вдруг спросил Рафаэль Ирикович.

Анна Георгиевна просто опешила от этих слов.

– Семьдесят тысяч.

– В принципе, не такие уж большие деньги, – задумчиво сказал он, а потом добавил: – Вот что, Аня! Собирайся, съездим в центр, прошвырнемся по магазинам. Заодно и деньги для Артурки снимем…




9 4

Медиасфера
блог редактора.jpg


Блог Залесова.jpg

 

клуб друзей Истоки.jpg

УФЛИ

Приглашаем вас принять участие в конкурсе "10 стихотворений месяца".

Условия конкурса просты – любой желающий помещает одно стихотворение в интернет-сообществе «Клуб друзей газеты «Истоки» только в этом посте http://istoki-rb.livejournal.com/134077.html


Итоги конкурса за декабрь 2017 года


Итоги прошедших конкурсов





коррупция











 

http://www.amazon.com/dp/B00K9LWLPW




Хотите получать «свежие» статьи первым?
Подпишитесь на наш RSS канал

GISMETEO: Погода
Создание сайта - Интернет Технологии
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.
(с) 1991 - 2013 Газета «Истоки»