Информационно-публицистический еженедельник
Выходит с января 1991 г.
№ 12 (884), 26 марта  2014 г.
Свежий номер

Поэт/город
Я мертвый. Я живой
03.06.2015
Никита ПОЛЕНОВ, Нью-Йорк

        Никита Поленов родился в Москве в 1954 году. Учился на биологическом факультете МГУ, в Литературном институте. Был трижды женат. В 1989 году эмигрировал в США. Скончался 20 января 2014 года. Это первая публикация в России.

Чердак

Как живется?  Душа на излете?
Подыматься в такую-то рань,
по ступенькам сочиться сквозь сито
керосинно-кошачьего Дита,
спотыкаясь о всякую дрянь,
вверх по лестнице черного хода,
где дверей череда, как колода,
равнодушным гаданьем легла.
По спирали – беззвучен и страшен
коридор дерматинных рубашек,
что ни скважина – глазу игла
темноты... Не дай Бог им открыться!
Все, что было, что есть, что случится,
будет тут же показано в лицах:
вот, любуйся глазами во лбу.
Да по харе – печатью свинцовой,
да любезно поздравят с обновой, –
получай лубяную судьбу!

И глумливое это гаданье
все годами, годами, годами –
маскарад полуночных мастей.
С этажа на этаж – постоянство
одного и того же пасьянса:
туз виновый, шестерка крестей...

В этом мире, бессонном и странном,
ледяные латунные краны
нам отстукали тысячу зим.
Как живется, мой добрый Вергилий?
Мы одни в этой жуткой могиле
вертикалью пустою сквозим!

В коммунальных парах керосина
сердце рвется, как кот из корзины,
из межреберной злой заперти.
Рвется кот, одичал и неловок, –
что же делать, король мышеловок,
на пути больше нет остановок,
не сойти, не сойти, не сойти!

Мы ступили – стезя не легка –
в змеевик перегонного куба;
все, что тягостно, горько и грубо –
да останется в нижних витках!
И однажды потерянный звук,
заплутавшийся в тесной валторне,
вдруг почувствует – стало просторней,
уходя в завершающий круг.

Все отважнее в тембре и силе,
в устье светлое!  Добрый Вергилий!
Мы подъем одолели трудом!
Карта «Чем успокоится сердце» –
нам наградой, – чердачная дверца,
что забыл запереть управдом!..

В жестяной духоте чердака,
в тихой панике пыли и света,–
нам сюда, здесь не просят билета,
здесь не нужно билета пока...
Лучше здесь – я люблю у окна:
что же делать – душа на излете!
В голубом голубином полете
невеликая наша страна.
Два сырка да бутылка вина
на листе самобранном «Известий»...
Хорошо бы не в этаком месте,
только места вот нет ни хрена!

Да, вставали в кухонные крики,
проносили троянские книги,
и потели карманные фиги,
как вериги, тянули плащи.
Да вот только не вынесла плена
заморенная наша Елена,
ослабела, да мордою в щи!

Что ж, молиться за дверью закрытой, –
Да минует нас это корыто
ныне, присно и тысячу лет..
Запусти матюга, мускулисто
отведи с торжеством фаталиста,
обманувшего свой пистолет.
Локоток – ползаряда в фиале!
Хоть и лучше напитки знавали,
и в дешевом своем карнавале
по три пуда плели эполет, –
Не отринь же ни яства, ни брашна.
Посмотри – безвоздушный и страшный
матереет в окне карандашный
городской незнакомый портрет!

А внизу поливали цветы
и гуляли с собаками дамы,
разевали оконные рамы
полусонные душные рты...
Шорох зелени, крики детей,
рдеет клумбами мусор задворок,
реет запах, холоден и горек,
будто дышит дворовая тень.

Мы глядим в слуховое окно,
где над бурым развалом застройки
подыматься в законные сроки
Неразменному Солнцу дано,
где десница Господня, легка,
совершает неспешную требу,
сочетая облезлое небо
с этим Городом, лицами, хлебом...
На века.
На века.
  На века.


     1978 г.

*  *  *

Две свечи горят
наперегонки,
Лист календаря
сжался до строки.
И, за часом час,
время без минут
Тянется без нас,
гонится не тут.

И не в тяжкий труд
рядом на столе,
Медленно плывут
дама да валет.
Чтобы за игрой
не ушло тепло,
Ты, давай, прикрой
ставенькой стекло...

Не оставим лаз
для полночной тьмы.
Времечко без нас
– без него и мы.

Не в своем дому
Помечтать со мной
Может есть кому
На Земле ночной?
Из-за Лунных чар,
Моря да реки,
Двум гореть свечам
На-пе-ре-гонки...


*  *  *

В загробной России, наверное, вечер и снег,
Друзья за вином у кого-нибудь в вечных гостях,
Но зиму я этой зимой не видал и во сне,
Неужто и память о ней – одуванный пустяк?

На стебле пупырышек голый, а пух улетел,
Щекой не приластиться, не погадать о любви,
Какой-то сквозняк воровато унес в суете
Три снежные дюжины лет, окликай да лови.

Земля моя, где ты – осиная песня без слов,
Лишь лунные шепчутся вести с бумажных листов,
Я книгу закрою, ничто не вложив меж страниц,
Не слезы, а пыль утирая с дрожащих ресниц.

И к Богу я так же когда-то приду налегке,
И немо пустой стебелек протяну в кулаке,
И пухом январским простит меня эта земля,
Гробы и сугробы бессонной рукой шевеля.


История
Я не знаю, с каких запредельных высот
я сорвался однажды в жилье человечье.
Я б ушел, но покуда во времени лед
я вморожен – без силы, и славы, и речи.
Из времен не уйти, не поняв ничего,
из мгновенья глухого двадцатого века.
И пока что среди Араратских снегов
мне искать окремнелые доски Ковчега.
Мне – протаять ладонями столько слоев,
растирая меж пальцев пыльцу вековую,
и тогда только вспомню я имя свое,
когда доски твои, мой Ковчег, поцелую.
Я уйду, ледяные взломав купола,
все забуду тогда – на пути на обратном,
и останется вновь Арарат – Араратом,
весь в холодных следах слюдяного тепла.
27.01.1989 г., Ладисполь


*  *  *

И опять у золы я еврейскую скрипку настрою,
Бессловесный псалом прошумит пересохшим ручьем,
И на горький песок под седою Сионской горою
Без остатка прольюсь, просто так, ни о ком, ни о чем.

И на смертную сушь дождевое ударит веселье,
Эта удаль и грусть, это времени крепость и дом,
Где справлять мне теперь каждый день, каждый шаг новоселье
Все с отрадою верной, что будет отрада потом!

Все рабы отдают господам свою пригоршню боли
Про звериную удаль и стать – мне они не чета...
Я у моря: кто здесь перейдет, как не сеятель соли?
Да и чем заплачу? Все богатство мое – нищета!

*  *  *
Мне пора уходить, я вернусь через тысячу лет,
С буйволиной спины уроню на последней заставе
Те слова, что скопил по дороге, в закат прорастая,
Словно соли щепотку на счастье, на собственный след.

Праотцы, перессорившись, рушат торжественный строй,
И сегодня, как, впрочем, всегда, молчаливы потомки,
Ну а я, точно лошадь, кошусь напряженной ноздрей
На холодную пыль океана судьбы незнакомки,

Над отчизной моей на века воцарилась луна,
На Востоке родившись, на запад уходит светило,
Я ведь всю свою жизнь только солнце хвалил допьяна,
А о ночи сказать мне ни слов, ни тоски не хватило.

Будет пазуху мне холодить, понемногу легчать,
Точно память скопила мошну с ледяными деньгами,
И под небом чужим на какой-нибудь высохший камень,
Обратившись во влагу, живую положит печать.

Я, конечно, вернусь, я пройду через гибель и жизнь
Через тысячу лет, населенных Синдбадовым бредом,
В живописных лохмотьях плохих переводов и лжи
Сквозь ворота восточные, солнцу по-прежнему предан.


*  *  *

Далеко, как Запад для утра грядущего дня,
Невнятно, как запаха тень облетевшей сирени,
Как воры, как вороны подстерегают меня
Запретного сердца сырые ступени.

Как долго придется без толку и смысла кружить
По сонному кладбищу мумий слепых ожиданий,
Минуту, и месяц, и тысячу лет пережить
Напрасного счастья невнятных свиданий.

Но снова во мраке стальные зудят соловьи,
Войдут остриями, и грудь переполнится звуком...
Под солнцем и зеленью щупать дороги свои
Сердечной клюки настороженным стуком...


*  *  *
Мои прошедшие года,
Следы на наледи и пыли,
И я их помню не всегда,
Да и они меня забыли.

Что нам прогуливаться зря
сквозь опустевшие названья?
О листопад календаря,
сплошная осень мирозданья!

В ладу с науками числа
Из века в век грядет планета,
На ней я лодка без весла
Или патрон без пистолета.

А прошлое пережито
И будущее неизвестно,
Людей и судеб решето,
Ночь путана и многозвездна.

И если жизнь напылена
Через скупое это сито,
Да будет прошлое забыто!
Пади на память пелена!


*  *  *

Блажен, кто в мире одинок,
В лесу, тюрьме, толпе и парке.
Ему подбрасывает Бог
Тайком бесценные подарки.

Темна, назойлива судьба,
Но тело больше не темница.
А жизнь – затеряна, слаба,
Жива, и вечно будет длиться.

Всему привычен тихий взор,
Сквозь бездну пролетает к бездне,
Не замечает зла в упор,
Ему ни смерти, ни болезни

За некой гранью не страшны,
Ему ни слава, ни забвенье,
И тьма пустующей мошны,
И тьма сокровищ – во спасенье.


*  *  *

Любимая моя, как без тебя сквозит!
На мякоть голую спокойно дышит бездна,
Стоит Вселенная, стоглаза и бесслезна,
И там, в ее ветвях, скрывается Лилит...

Настуженная грудь тихонечко болит:
И, правда, видно, кость утеряна грудная...
Вселенная сквозит, прижмись ко мне, родная,
Прижмись ко мне тесней, Вселенная сквозит!


*  *  *

Я голоден. Я сыт. Я спать хочу. Не спится.
Кто этот «Я»? Любой приставленный глагол?
Вселенная? Ничто? Безвинная страница?
Пред Богом человек, что «немощен и гол»?

Смотрю в себя, и вот, разглядываю тело:
Желания впотьмах, сияние в бреду...
Я лук или стрела, что с тетивы слетела?
Я – под ногами путь? Я – по пути иду?

И если это Я, то кто такой глядящий?
Куда уходит плач? Откуда этот суд?
Себя ли я несу по непролазной чаще,
Глаза свои закрыв, или меня несут?..

Осенний этот день как зеркало двойное,
Сердечный небосвод сияет синевой...
Я Солнце. Я листва. Я груда перегноя.
Я вечен. Я иду. Я мертвый. Я живой.


О Поленове

*  *  *

Любовь (Регина) Клубис – жена:

Моя самая-самая из тех песен Никиты, которые он любил исполнять, та, с которой, собственно, все и началось – «Две свечи». В маленьком дворике приюта для русскоязычных пьяниц и наркоманов при часовне «Неупиваемая Чаша» на Брайтоне, на своей верной «Жозефине», Никита исполнил для меня несколько песен, и мое сердце растаяло и стекло на землю, как пломбир из вафельного стаканчика... Я еще этого не знала, но моя участь была решена! Пошел процесс превращения Регины в Любовь...

Евгения Поленова, дочь:

Только в одном я согрешила, и это поставило под сомнение мою веру. Веру в то, что тебя, моего милого, мудрого, уникального папы, нет. Я просто в это не верю, что ты не существуешь. Вот уже год как мое общение с тобой перешло на телепатический канал. Нет сомнения, что твои мудрые и светлые советы все еще напоминают о себе в любой трудный (и не только) момент. Я верю, что твое существование перешло частью в меня. Ты всегда говорил мне: «Ты это я». Сегодня эти слова меня утешают и дают силы продолжать дальше.

Полина Кузнецова, дочь:
Я долго не знала, что моим отцом является Никита Поленов. А когда узнала, то сразу собралась, купила апельсинчиков-мандаринчиков и поехала нежданчиком к его матери. Позвонила в дверь, и когда она мне открыла, то я сразу услышала: «Никита, это ты?!», хотя никогда меня не видела, а отец уже лет пять был в США.
Елена Зорина, друг:

Мой Никита Поленов. Два небесных озера бездонных – глаза его, грот таинственный его рот, голос, что гром весенний за холмами плодородными. Слова его– посланцы Божии на земле. Любовь безусловная – его суть.

Александр Бродский, друг:

10 лет я пытался стать достойным членом американского общества, и вот, когда до полного успеха оставалось два месяца и сияющий град уже был на расстоянии вытянутой руки, я заснул в метро, а когда проснулся, то обнаружил, что моя правая рука, которой я к нему тянулся, полностью парализована. Нерв на руке пережало неловкой позой, и он умер, вместе с ним умерли мои планы, мой успех и моя американская мечта. Нерв прорастал обратно в руку почти год, и тут в мою квартиру, которую я должен был потерять в самое ближайшее время и стать страшным и несчастным бомжом, зашел еще один бомж с гитарой и бутылкой пива и несколькими четверостишьями убрал с моей склоненной головы обломки моих планов. И вдруг я понял, что его стихами со мной говорит Господь Бог, после чего оставалось только распрямиться, будто освободившись от тяжкого груза, вздохнуть полной грудью и выпить принесенного им пива. Неважно, скольким людям непонятны стихи поэта, но если есть хоть один человек, которого его стихи могут спасти, то этот поэт – Поэт. А русский Поэт, он и в Америке больше, чем поэт.


5 0



Медиасфера
блог редактора.jpg


Блог Залесова.jpg

 

клуб друзей Истоки.jpg

УФЛИ

Приглашаем вас принять участие в конкурсе "10 стихотворений месяца".

Условия конкурса просты – любой желающий помещает одно стихотворение в интернет-сообществе «Клуб друзей газеты «Истоки» только в этом посте http://istoki-rb.livejournal.com/134077.html


Итоги конкурса за декабрь 2017 года


Итоги прошедших конкурсов





коррупция











 

http://www.amazon.com/dp/B00K9LWLPW




Хотите получать «свежие» статьи первым?
Подпишитесь на наш RSS канал

GISMETEO: Погода
Создание сайта - Интернет Технологии
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.
(с) 1991 - 2013 Газета «Истоки»