Информационно-публицистический еженедельник
Выходит с января 1991 г.
№ 12 (884), 26 марта  2014 г.
Свежий номер

Поэзия
Комната без дна
11.10.2017 10:23:00
Иосиф ГАЛЬПЕРИН

       

* * *

...А эту реку – только вброд,

да и куда спешить?

Не наводи мосты – соврет,

кто хочет удружить.

 

Пусть камни скользкие в воде

и вязкие пески,

и ноги стали холодеть

в объятиях реки,

 

ведет подводная стезя

сквозь волновой навал.

Когда-то поверху скользя,

ты ямы миновал.

 

И у теченья есть свой срок,

дыхания длинней,

но если жизнь дарил исток,

что в устье ждет людей?

 

Неведом берег, узок брод,

шагов упряма нить.

Та сила, что тебя ведет,

не любит обходить.

 

 

* * *

“...Их должно резать или стричь.”

Александр Пушкин

 

На волнах склонов, в бисере камней

легко принять движенье за случайность.

 

Овчарка лает – и теперь видней

отары ход, кочевье как качанье:

пасется маятник по приданным лугам

от срезанной травинки до взошедшей,

не по зубам, да и не по рогам –

как гири – камни помыслам овечьим...

 

Слова – как маятник: не сила, но ярлык,

растут и умирают, словно стебли.

И ход за ходом, из ягнят – в шашлык,

неведенье уходит не колеблясь.

 

 

* * *

1.

...А на другом конце трофической цепочки

растут цветочки.

 

2.

...И Стоунхенджи рассыпАлись!

Но не порвать движенья сеть,

ведущую от первых палиц

до обязательства лететь.

 

То волоком, а то рывками

прет человеческий косяк

сквозь воду, твердую как камень,

сквозь время, данное в горстях.

И в каждой мозговой икринке

спиралью скрученной несет

цветов упрямые пружинки,

рогов и бивней круглый счет.

 

Кто терпеливо так рыбачит?

Кто сетью солнечных лучей

взбивает почву наудачу

и сеет зерна горячей?

Спроси о том у Стоунхенджа...

 

 

* * *

Сколько силы земной я пожег на ненужных кострах,

на ненужных путях сам ненужным горя маяком –

знают зов приключений, обычай, надежда и страх,

знает небо пустое, в которое тянет дымком.

 

От заемного жара давно уже свой не отнять.

Чью задачу решает зажженный тобою костер?

Кто прокладывал курс и решение принял: “Маячь!”,

кто опять обманул и ладонь убирает: “Не тронь!”?

 

Как горела трава, не успевшая высохнуть в прах,

ей бы в землю вернуться, пойти на живой перегной,

а она темным дымом трубила на быстрых кострах.

И ее урожай высоты достигал неземной.

 

 

* * *

 

Под морем мелкой лжи и безднами обмана

основы вечных прав расходятся на швах –

и топит суету безличье океана,

ломает берега, смывает острова.

 

Над магмою причин и волнами не властны,

но можем разделить смятенье сейсмограмм –

и уносить детей на берег безопасный...

 

Куда бежать, когда бьет скотство по мозгам,

когда уже давно понятен каждый признак,

когда уже и сам летишь в водоворот,

где прежний ясный знак двоится, словно призрак,

но архаичных плит никто не развернет?

 

Не отыскать вины во лжи или обмане,

раз маятник потряс размахом магнитуд.

 

И, злобой раскален, с разнузданностью маний

краеугольный камень свой разрушает труд.

 

 

* * *

Когда прошло сближение светил

и снова успокоились народы,

зализывая кровь из рваных жил

и забывая циклы небосвода;

 

когда чужое вплавилось в свое

и победитель слился с побежденным,

трофейным тленом выстелив жилье,

словарь врага признав равноименным;

 

когда – до дрожи: ни за что опять!

Нет ничего прочнее пониманья! –

взошла звезда неверная сиять,

сказавшая, что дело не в обмане, –

 

тогда над дымом уцелевших очагов

увидели ристалище богов.

 

...Пока учили неба письмена,

выстраивая ковшики и ленты,

под нами отплывали континенты

и снова расходились племена.

 

 

* * *

Айдару Хусаинову

Когда страна пульсирует амебой

и ложноножкой тычется вокруг,

тогда не впрок ни возраст, ни учеба,

ни разномыслие из ложных рук.

 

И на простейших не проходит мода,

глаза отвел – и снова хоровод:

от длинного кнута животновода

бежит короткой памяти урод.

 

Я клетка в клетке – и вершу, не каюсь,

все виды войн, вранья и воровства,

вражды и ворожбы двуличный хаос.

Безликий Янус в ранге божества.

 

Внутри амебы обамебывают

законы по частям и целиком.

А свято место пусто не бывает –

надолго зарастает сорняком.

 

 

* * *

Шаг вперед, два назад – это век передернул затвор,

по каналу ствола притекает стрелявшее прежде.

Курсы “Выстрел” для тех, кто желает вливаться в раствор,

прикрепляющий намертво к убивающей мысли надежде.

 

Влево шаг, вправо шаг – конвоир не меняет приказ,

выбор “Стой!” не стереть на выбритом лбу у мишени.

Ну какой тут побег, ты в плену у своих, ты в растворе завяз,

неделимым пространством родства разделенный со всеми.

 

Шаг один, генерал – ты готов уже к прошлой войне,

ты готовился с детства по звенящим прописям маршей,

на убогих и сирых, считай, натренирован вполне,

ты с мишенью иди – так уж точно не будет промашки.

 

По себе, по своим: ну конечно – стреляешь назад

и в пещеру бежишь. Не спасет от объемного взрыва.

Впереди только пыль и чужой такой же солдат.

Ты его не увидишь, ты умер красиво.

 

 

* * *

Памяти Д.К.

Где мерцает кристаллик твоей души –

не могу, больно смотреть.

Растворяющей силе не заглушить,

мне печати твоей не стереть.

 

Преломления точку прошенел и собрал

многоцветье в слепящий пучок.

Что по-прежнему в нас видит кристалл,

как за новым следит зрачок?

 

Исподволь смотрит звезда, из-под волн,

видит в нас сквозь шелуху:

зерна света готовятся на помол

на виду, на словах, на слуху.

 

Ты прости, я наверно тебя обманул

и живому не то показал.

Но теперь посмотри, снят уже караул

и открыта влага в глазах.

 

 

* * *

Давай расселим прошлое по разным этажам,

пусть поскрипит без нас по нашим половицам.

Теплее станет в доме и коммунальный гам

прожектором пройдет по незабытым лицам.

 

Вот старшие, представь себе, по-своему живут

на первом этаже, где лестницы не нужно,

с кладовкою и печкою – какой еще уют!

И шаг нелегкий их, и кашель их натужный.

 

“Послушай, Константинович, – у папы хитрый вид. –

По-моему, у них приличная ракия...”

Но Вера и Таисия отцу кричат: “Давид!

Потерпите до ужина, скорые какие...”

 

Открой окно – над яблоней с веранды голоса,

неуловимо тонкие, как шелковые нити.

Там детство наших девочек застыло на часах,

они приедут, взрослые, – напомним: посмотрите!

 

А в кабинете самые скрипучие полы,

ушедшие друзья по ним упрямо ходят.

Смертельные удары и портреты глаз былых

там продолжают спор и правды не находят.

 

За стенкою, за шторами есть комната без дна,

чего-то мы с тобой не разглядели в блеске.

В ней бьется, не раскрыв глаза, метельная весна

и солнце изнутри дырявит занавески.

 

Жилплощадь обрела немереный метраж,

но судьбы коммунальные не повернуть в России.

Не поздно ли лепить, за этажом этаж,

старинный дом в горах с верандой и ракией?

 

 

* * *

Л.Ц.

Обернись в мою плоть, словно в плащ,
сильный ветер, говорят – до костей.
Я своими заслоню каждый хрящ,
каждый листик пряной кожи твоей.

Завернись поплотнее в мой взгляд,
теплота – она верней, чем броня.
Нынче страшно на земле, говорят,
если зябко – посмотри на меня.

Повернись неизменным лицом,
много лет оно со мной говорит:
лучший мир – с тобой, сейчас и потом,
вырастая из-под глыб, из-под плит.

 

Подготовил Алексей Кривошеев


0 0



Медиасфера
блог редактора.jpg


Блог Залесова.jpg

 

клуб друзей Истоки.jpg

УФЛИ

Приглашаем вас принять участие в конкурсе "10 стихотворений месяца".

Условия конкурса просты – любой желающий помещает одно стихотворение в интернет-сообществе «Клуб друзей газеты «Истоки» только в этом посте http://istoki-rb.livejournal.com/134077.html


Итоги конкурса за декабрь 2017 года


Итоги прошедших конкурсов





коррупция











 

http://www.amazon.com/dp/B00K9LWLPW




Хотите получать «свежие» статьи первым?
Подпишитесь на наш RSS канал

GISMETEO: Погода
Создание сайта - Интернет Технологии
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением российского и международного законодательства и возможно только с согласия редакции.
(с) 1991 - 2013 Газета «Истоки»